Кокцидиостаты и устойчивость к противомикробным препаратам
04 сентября 2026
Консультативный комитет по кормам для животных (ACAF) провел заседание, чтобы обсудить использование ионофорных кокцидиостатов в качестве профилактических и метафилактических кормовых добавок в Великобритании и их потенциальную связь с устойчивостью к противомикробным препаратам (AMR). Комитет рассмотрел действующую законодательную базу, обсудил изменения и проблемы, связанные с УПП при производстве пищевых продуктов, и изучил соответствующие данные из научной литературы. Члены Комитета также рассмотрели существующие механизмы надзора за УПП и потенциальные последствия применения кокцидиостата для здоровья животных и человека, а также для окружающей среды.
Кокцидиостаты используются для борьбы с эймериозом в животноводческих системах Великобритании и поддержания эффективности производства, здоровья и благополучия животных. Программы эпиднадзора, такие как Ветеринарный надзор за устойчивостью к противомикробным препаратам и продажами в Великобритании (UK-VARSS) и надзор за патогенами в сельском хозяйстве, пищевой промышленности и окружающей среде (PATH-SAFE), в настоящее время указывают на низкую распространенность устойчивых к ванкомицину энтерококков среди домашнего скота с использованием методов тестирования с низкой чувствительностью. Однако Комитет отметил появляющиеся данные о детерминантах резистентности, связанных с некоторыми ионофорными кокцидиостатиками, а именно наразином, салиномицином и мадурамицином, и подчеркнул отсутствие систематических измерений и данных мониторинга с использованием соответствующих чувствительных методов тестирования для полной оценки степени резистентности. Также была признана потенциальная возможность воздействия на окружающую среду.
Комитет пришел к выводу, что надзор за развитием устойчивости у кокцидиостатов может быть усилен путем координации с Управлением ветеринарных препаратов (VMD) и Департаментом окружающей среды, продовольствия и сельского хозяйства (DEFRA) в целях содействия согласованию экологического мониторинга, контроля остатков и информирования о рисках. Комитет подчеркнул важность единого подхода, ориентированного на охрану здоровья, который объединяет мониторинг маркеров резистентности энтерококков, отбор проб окружающей среды и систематический обмен данными между соответствующими регулирующими органами. ACAF также отметил важность постоянного контроля за появлением фактических данных и изменениями в методологиях эпиднадзора.
В ходе рассмотрения досье на получение разрешения на производство кормовой добавки, содержащей наразин, Комитет выявил научные данные, подтверждающие, что детерминанты устойчивости к противомикробным препаратам (УПП) для наразина, такие как narAB, могут возникать на переносимых плазмидах Enterococcus spp. наряду с генами устойчивости к противомикробным препаратам. Таким образом, воздействие наразина может способствовать совместному отбору и распространению признаков УПП у Enterococcus spp. Кроме того, данные, полученные в Норвегии, показали, что прекращение использования полиэфирных ионофоров наряду с улучшением методов очистки и дезинфекции привело к снижению распространенности резистентного к ванкомицину Enterococcus faecium. Взятые вместе, эти наблюдения побудили Комитет к обсуждению вопроса о том, заслуживает ли рутинное использование ионофорных кокцидиостатов рассмотрения в более широком контексте распространенности и проявления УПП, имеющих отношение к здоровью человека.
В этом документе кратко излагается обсуждение ACAF по поводу использования кокцидиостатов в Великобритании, при этом особое внимание уделяется их взаимосвязи с устойчивостью к противомикробным препаратам и балансу между здоровьем животных, воздействием на окружающую среду, охраной общественного здоровья и соображениями национальной продовольственной безопасности.
Кокцидиостаты - это фармакологически активные вещества, которые часто добавляют в корма для скота в Великобритании и которые используются для подавления развития и размножения Eimeria spp., простейших паразитов, вызывающих кокцидиоз. Хотя меры гигиены и животноводства считаются полезными для борьбы с кокцидиозом, сами по себе они вряд ли обеспечат надежную борьбу с эймериями в условиях промышленного производства.
Исторически сложилось так, что кокцидиостаты делятся на две основные группы: ионофорные и синтетические соединения. Ионофорные кокцидиостаты нарушают транспорт ионов через мембраны клеток паразитов, что приводит к осмотическому дисбалансу и гибели паразитов. Примерами ионофорных кокцидиостатиков являются монензин, салиномицин, наразин и мадурамицин. Синтетические или неионофорные кокцидиостаты воздействуют на различные и специфические биохимические мишени в жизненном цикле кокцидий, часто внутриклеточно. В качестве примеров можно привести диклазурил, декохинат и ампролий.
Кокцидиоз - это распространенная кишечная паразитарная инфекция, которая вызывает различные степени патологии кишечника (в зависимости от вида возбудителя, дозы и иммунитета хозяина), что приводит к снижению продуктивности и ухудшению благосостояния. Для животноводов последствия кокцидиоза имеют важное экономическое и экологическое значение, поскольку влияют на здоровье и продуктивность животных.
Основная проблема, связанная с благополучием, возникает из-за повреждения тканей кишечника, что вызывает боль, воспаление и нарушение пищеварительной функции. У животных, страдающих от этой проблемы, обычно развивается диарея, которая может привести к обезвоживанию, нарушению электролитного баланса и общей слабости. Это может значительно ухудшить их самочувствие, особенно у молодых животных, которые более подвержены быстрому ухудшению состояния.
Повреждение кишечного эпителия также приводит к нарушению всасывания и потере питательных веществ. В результате животные медленнее растут и теряют вес, даже если потребление корма остаётся прежним или увеличивается. Такие животные становятся более уязвимыми к вторичным инфекциям, и существует значительный риск смертности, особенно среди домашней птицы.
Кокцидиоз — это распространённое заболевание, которое встречается у всех видов домашнего скота, при этом в Великобритании кокцидиостатические препараты, которые добавляют в корма, играют особенно важную роль именно в птицеводстве.
Комитет отметил положительное влияние использования кокцидиостатов. Они позволяют предотвратить развитие клинического кокцидиоза, способствуют увеличению привесов и повышению эффективности кормов. Кроме того, кокцидиостаты косвенно снижают необходимость в антибиотиках для лечения за счёт сохранения целостности кишечника и предотвращения вторичных инфекций. В результате обеспечивается устойчивая эффективность производства и достигаются значительные экологические преимущества благодаря снижению затрат ресурсов и сокращению выбросов, связанных с более низкой конверсией корма.
Члены комиссии отметили, что отсутствие ионофорных кокцидиостатов может оказать значительное негативное воздействие на благополучие птиц и борьбу с УПП, обратив внимание на исследование, которое показало увеличение использования антибактериальных препаратов для лечения некротического энтерита у домашней птицы после запрета на применение авопарцина (Grave et al., 2004). Отсутствие ионофорных кокцидиостатов без адекватной альтернативы также повлияет на внутреннее производство и цепочки поставок, что приведет к снижению эффективности производства в Великобритании и, вероятно, усилит зависимость от импорта из юрисдикций, которые продолжают использовать кокцидиостаты.
Обычная замена ионофоров синтетическими кокцидиостатами сама по себе вряд ли обеспечит устойчивую стратегию борьбы, поскольку хорошо известно, что у Eimeria spp. при постоянном применении относительно быстро снижается чувствительность к синтетическим соединениям. По этой причине ионофоры, как правило, остаются в рамках программ контроля для поддержки ротации и снижения потери эффективности, связанной исключительно с использованием синтетических продуктов. В конечном счете, прекращение доступа к ионофорным кокцидиостатам увеличило бы экономические и экологические издержки птицеводства, но дальнейшее использование кокцидиостатов сопряжено с риском УПП.
Отсутствие кокцидиостатов может также увеличить потребность в терапевтических противомикробных препаратах для лечения вторичных инфекций, повышая избирательное давление на важные, с медицинской точки зрения, классы противомикробных препаратов и потенциально способствуя дальнейшему развитию или сохранению устойчивости к противомикробным препаратам. В связи с этим Комитет отметил необходимость учета баланса между потенциальными последствиями недостаточной борьбы с кокцидиозом и последствиями, связанными с устойчивостью к противомикробным препаратам.
Использование кокцидиостата регулируется действующим законодательством ЕС, в частности Регламентом (EC) № 1831/2003 о кормовых добавках (EC, 2003), а также требованиями к максимальному содержанию остатков, перекрестному загрязнению (EC, 2009) и гигиене кормов (EC, 2005). Надзор осуществляется VMD и Агентством по охране здоровья животных и растений (APHA) при поддержке таких программ эпиднадзора, как UK-VARSS и PATH-SAFE, которые отслеживают тенденции устойчивости к противомикробным препаратам и возможные пути воздействия на окружающую среду (UK-VARSS, 2024; PATH-SAFE, 2025). Агентство по пищевым стандартам (FSA) регулирует использование кокцидиостатов в качестве кормовых добавок, и заявители по закону обязаны сообщать регулирующему органу о любых инцидентах или побочных эффектах. VMD регулирует производство кокцидиостатов и кокцидиоцидных средств, которые разработаны и разрешены к применению в качестве ветеринарных лекарственных средств. Большинство кокцидиостатов, содержащихся в кормах, рассматриваются как кормовые добавки и, следовательно, контролируются FSA.
Ранее считалось, что, поскольку кокцидиостаты на основе полиэфирных ионофоров не используются в медицине, их потенциал для выявления устойчивости к противомикробным препаратам у патогенов, представляющих интерес для человека, был ограничен. Более свежие данные, касающиеся использования наразина для борьбы с кокцидиозом, включая данные о воздействии narAB на подвижные генетические элементы и наблюдения, касающиеся устойчивых к ванкомицину энтерококков, побудили к дальнейшему рассмотрению этого предположения.
Члены комиссии пришли к выводу, что совместное расположение в плазмидах генов устойчивости к ионофорам и генов, отвечающимх за устойчивость к таким противомикробным препаратам, как ванкомицин, тетрациклин и макролиды, является биологически вероятным механизмом, способствующим отбору и распространению множественной устойчивости к лекарствам. Даже несмотря на то, что ионофоры не используются в клинической медицине человека, присутствие генов устойчивости в мобильных генетических элементах может, при определенных условиях, способствовать их сохранению и распространению в популяциях энтерококков, как это было продемонстрировано в исследованиях Frederiksen и соавторов в 2024 и 2025 годах.
Хотя механизмы, способствующие этому процессу в системах животноводства Великобритании, еще не полностью изучены, имеющиеся данные указывают на то, что использование кокцидиостата может быть одним из факторов, способствующих распространению устойчивости к противомикробным препаратам.. Далее было отмечено, что хотя использование кокцидиостатиков потенциально может привести к возникновению или сохранению таких факторов, имеющиеся данные не позволяют с достаточной точностью оценить фактическую частоту, направленность и экологическое значение этих явлений.
Комитет изучил недавнюю литературу, связывающую специфические ионофоры с отбором детерминант устойчивости у клинически значимых энтерококков. Были найдены доказательства того, что наразин, салиномицин и мадурамицин могут влиять на механизм резистентности к narAB (Simm et al., 2020). Члены комиссии также сослались на долгосрочное исследование, проведенное в Норвегии, которое показало, что использование наразина у цыплят-бройлеров может быть фактором риска стойкого накопления энтерококков, устойчивых к ванкомицину (VRE) (Frederiksen et al., 2024).
В Великобритании действуют соглашения, основанные на законодательстве ЕС, которые регулируют выдачу разрешений на использование, оценку безопасности и мониторинг кокцидиостатиков. Эти разрешения учитывают безопасность для животных, защиту потребителей, воздействие на окружающую среду и потенциальный вклад в борьбу с УПП. Концепция использования кокцидиостатиков основана на том, что меры гигиены и животноводства сами по себе вряд ли смогут полностью предотвратить кокцидиоз в промышленных масштабах. Это и стало основанием для продолжения использования таких препаратов. Однако члены комиссии согласились, что необходимо найти более динамичный баланс между проблемами общественного здравоохранения, связанными с УПП, и поддержанием здорового животноводства.
Комитет отметил, что кокцидиоз является распространённой проблемой в животноводстве Великобритании, и кокцидиостатические препараты играют важную роль в поддержании заболеваемости на контролируемом уровне. Если бы доступность ионофорных кокцидиостатиков была ограничена, можно было бы ожидать увеличения числа клинических заболеваний и связанных с ними вторичных инфекций. Это, в свою очередь, могло бы привести к более широкому использованию терапевтических антибиотиков (как кокцидиоцидных препаратов, так и антибиотиков для лечения вторичных инфекций). В настоящее время разрешённые кокцидиостатические препараты не относятся к классам противомикробных средств, используемых в медицине человека, в отличие от некоторых ветеринарных противомикробных препаратов.
Вакцины против кокцидиоза являются неотъемлемой частью системы охраны здоровья домашней птицы в Великобритании, особенно для коммерческих производителей кур-несушек и бройлеров. Эти вакцины помогают создать иммунитет против основных видов эймерий, которые представляют угрозу для птицы. Вакцинация может обеспечить пожизненную защиту и снизить зависимость от кокцидиостатиков, которые добавляют в корма. Кроме того, она позволяет избежать проблем с остатками лекарств в яйцах и мясе. Однако у вакцин есть свои недостатки. Они стоят дороже традиционных кокцидиостатиков, обеспечивают специфический иммунитет против конкретного вида эймерий, требуют осторожного введения и зависят от контролируемого распространения вакцинных ооцист в окружающей среде (Price, 2012).Логистические трудности, связанные с разработкой и поставкой поливалентных живых вакцин, предъявляют высокие требования к производству и стабильной работе в полевых условиях.
Члены комиссии отметили, что согласованный с ЕС эпиднадзор за энтерококками у животных был прекращен в 2014 году и в настоящее время проводится только на добровольной основе. Следовательно, данные по УПП являются малочисленными и недостаточными для проведения анализа тенденций на уровне ЕС. В Великобритании в 2022 году энтерококки (E. faecalis и E. faecium) были включены в программу эпиднадзора за УПП среди убойных бройлеров и индеек в качестве индикаторных видов грамположительных бактерий на устойчивость. В 2024 году это действие было также распространено на Северную Ирландию в отношении изолятов E. faecium у цыплят-бройлеров. Это включает в себя тестирование на расширенной панели, включающей антибиотики, предназначенные только для человека (такие как ванкомицин), а также классы антибиотиков, используемых у животных (такие как тетрациклины, макролиды и аминогликозиды). Члены комиссии согласились с тем, что существующие данные эпиднадзора за УПП дают лишь ограниченное представление о вероятности того, что детерминанты резистентности, отобранные в условиях фермерского хозяйства, могут распространяться более широко или закрепляться в клинически значимых популяциях бактерий. Имеющиеся в Великобритании данные эпиднадзора указывают на очень низкую распространенность устойчивых к ванкомицину энтерококков среди домашнего скота и минимальные признаки их передачи в пищевую цепь (UK-VARSS, 2025, Агентство по пищевым стандартам и FERA, 2021). Однако члены комиссии обратили особое внимание как на использование методов с низкой чувствительностью, так и на появляющиеся данные, свидетельствующие о совместном отборе и персистенции устойчивых к ванкомицину энтерококков, связанных с использованием определенных полиэфирных ионофорных кокцидиостатиков, в частности наразина. В связи с этим Комитет рекомендует усилить эпиднадзор и улучшить взаимодействие между организациями и программами эпиднадзора, чтобы лучше понять потенциал этих механизмов для повышения устойчивости к противомикробным препаратам в условиях Великобритании.
Комитет отметил, что за политическими мерами в некоторых странах последовало сокращение частоты случаев УПП. Хотя причинно-следственную связь установить невозможно, за прекращением применения наразина и сопутствующим улучшением гигиены в Норвегии последовало резкое снижение распространенности устойчивых к ванкомицину энтерококков среди домашней птицы (Simm et al., 2019).
Эпидемиологический надзор в Великобритании показывает, что распространенность VRE среди домашней птицы относительно низкая, а у свиней в настоящее время не выявлено никаких признаков этого заболевания, в отличие от высоких показателей у людей с клиническими изолятами. Причины этого явления остаются неясными (APHA, 2023; UK-VARSS, 2023).Среди возможных объяснений можно выделить стратегию тестирования, используемую UK-VARSS. Она предполагает применение менее чувствительных методов с использованием неселективных сред, что может объяснить разницу в результатах между птицей и людьми. Однако, по мнению членов Комиссии, это не исключает возможности того, что изменения в моделях использования, методах управления или воздействии на окружающую среду могут повлиять на эту динамику с течением времени.
Комитет отметил, что, несмотря на обоснованность механических и экологических причин для беспокойства, а также необходимость усиления эпиднадзора, включая более тщательное тестирование с использованием селективных сред, непосредственное воздействие на здоровье человека УПП, связанного с кокцидиостатом, остается неясным в свете имеющихся данных из Великобритании. Комитет поддерживает продолжение мониторинга и призывает к более тесной координации между программами.
Комитет отметил отсутствие стандартизированного экологического надзора за УПП и обсудил экологический отбор в качестве потенциального пути, особенно в таких условиях, как участки, удобренные навозом с ферм, содержащим остатки кокцидиостата. Были отмечены потенциальные экотоксикологические последствия, включая воздействие на водную среду и пищевые сети, наряду с соображениями профессионального облучения работников ферм, что подчеркивает необходимость усиления эпиднадзора наряду с руководством на уровне ферм.
Комитет отметил, что функции FSA, VMD, DEFRA и APHA в значительной степени пересекаются. Он подчеркнул важность межведомственных внутренних консультаций для эффективного управления рисками, связанными с УПП, исходящими от этих продуктов. В то время как ACAF отвечает за оценку рисков, связанных с кормовыми добавками, и координацию работы в области безопасности пищевых продуктов, дополнительная информация требуется в отношении регулирования лекарственных средств, оценки экологических рисков, контроля за остатками и более широких последствий для здоровья. Эти аспекты находятся в сфере ответственности VMD и DEFRA в соответствии с их законодательными обязанностями.
Некоторые члены Комитета выразили обеспокоенность по поводу наразина, мадурамицина и салиномицина в связи с убедительными доказательствами совместного отбора по гену narAB, который придает устойчивость к этим ионофорам и, по-видимому, способствует совместному отбору устойчивых к ванкомицину энтерококков (VRE). Однако степень, в которой реализуется этот механизм, и то, как он облегчается при использовании этих кокцидиостатов, остается неопределенной.
Для обеспечения пропорционального управления рисками Комитет рекомендует усилить эпиднадзор за УПП, включив в него постоянный мониторинг профилей резистентности энтерококков у домашней птицы и на фермах, уделяя особое внимание мобильным генетическим элементам и маркерам совместного отбора, связанным с устойчивостью к ионофорам. Члены ACAF предложили изучить способы улучшения оценки использования кокцидиостатов в кормах, чтобы обеспечить более точный анализ.
ACAF рекомендует FSA взаимодействовать с VMD, DEFRA и APHA для определения потенциальной согласованности в области сбора данных и информирования о рисках, а также для изучения вариантов включения отбора проб окружающей среды на уровне фермерских хозяйств в текущие программы. Улучшенная координация между APHA, UK-VARSS и PATH-SAFE также имеет большое значение.
Учитывая потенциальные риски, Комитет решительно поддерживает разработку и использование альтернативных стратегий борьбы с кокцидиозом.
Комитет будет регулярно пересматривать свою позицию, учитывая обратную связь от партнёрских организаций и новые данные эпиднадзора, включая завершённый анализ безопасности для здоровья. Это позволит гарантировать, что его рекомендации остаются актуальными и соответствуют концепции "Единое здоровье".
Источник: Crown.
Кокцидиостаты используются для борьбы с эймериозом в животноводческих системах Великобритании и поддержания эффективности производства, здоровья и благополучия животных. Программы эпиднадзора, такие как Ветеринарный надзор за устойчивостью к противомикробным препаратам и продажами в Великобритании (UK-VARSS) и надзор за патогенами в сельском хозяйстве, пищевой промышленности и окружающей среде (PATH-SAFE), в настоящее время указывают на низкую распространенность устойчивых к ванкомицину энтерококков среди домашнего скота с использованием методов тестирования с низкой чувствительностью. Однако Комитет отметил появляющиеся данные о детерминантах резистентности, связанных с некоторыми ионофорными кокцидиостатиками, а именно наразином, салиномицином и мадурамицином, и подчеркнул отсутствие систематических измерений и данных мониторинга с использованием соответствующих чувствительных методов тестирования для полной оценки степени резистентности. Также была признана потенциальная возможность воздействия на окружающую среду.
Комитет пришел к выводу, что надзор за развитием устойчивости у кокцидиостатов может быть усилен путем координации с Управлением ветеринарных препаратов (VMD) и Департаментом окружающей среды, продовольствия и сельского хозяйства (DEFRA) в целях содействия согласованию экологического мониторинга, контроля остатков и информирования о рисках. Комитет подчеркнул важность единого подхода, ориентированного на охрану здоровья, который объединяет мониторинг маркеров резистентности энтерококков, отбор проб окружающей среды и систематический обмен данными между соответствующими регулирующими органами. ACAF также отметил важность постоянного контроля за появлением фактических данных и изменениями в методологиях эпиднадзора.
В ходе рассмотрения досье на получение разрешения на производство кормовой добавки, содержащей наразин, Комитет выявил научные данные, подтверждающие, что детерминанты устойчивости к противомикробным препаратам (УПП) для наразина, такие как narAB, могут возникать на переносимых плазмидах Enterococcus spp. наряду с генами устойчивости к противомикробным препаратам. Таким образом, воздействие наразина может способствовать совместному отбору и распространению признаков УПП у Enterococcus spp. Кроме того, данные, полученные в Норвегии, показали, что прекращение использования полиэфирных ионофоров наряду с улучшением методов очистки и дезинфекции привело к снижению распространенности резистентного к ванкомицину Enterococcus faecium. Взятые вместе, эти наблюдения побудили Комитет к обсуждению вопроса о том, заслуживает ли рутинное использование ионофорных кокцидиостатов рассмотрения в более широком контексте распространенности и проявления УПП, имеющих отношение к здоровью человека.
В этом документе кратко излагается обсуждение ACAF по поводу использования кокцидиостатов в Великобритании, при этом особое внимание уделяется их взаимосвязи с устойчивостью к противомикробным препаратам и балансу между здоровьем животных, воздействием на окружающую среду, охраной общественного здоровья и соображениями национальной продовольственной безопасности.
Кокцидиостаты - это фармакологически активные вещества, которые часто добавляют в корма для скота в Великобритании и которые используются для подавления развития и размножения Eimeria spp., простейших паразитов, вызывающих кокцидиоз. Хотя меры гигиены и животноводства считаются полезными для борьбы с кокцидиозом, сами по себе они вряд ли обеспечат надежную борьбу с эймериями в условиях промышленного производства.
Исторически сложилось так, что кокцидиостаты делятся на две основные группы: ионофорные и синтетические соединения. Ионофорные кокцидиостаты нарушают транспорт ионов через мембраны клеток паразитов, что приводит к осмотическому дисбалансу и гибели паразитов. Примерами ионофорных кокцидиостатиков являются монензин, салиномицин, наразин и мадурамицин. Синтетические или неионофорные кокцидиостаты воздействуют на различные и специфические биохимические мишени в жизненном цикле кокцидий, часто внутриклеточно. В качестве примеров можно привести диклазурил, декохинат и ампролий.
Кокцидиоз - это распространенная кишечная паразитарная инфекция, которая вызывает различные степени патологии кишечника (в зависимости от вида возбудителя, дозы и иммунитета хозяина), что приводит к снижению продуктивности и ухудшению благосостояния. Для животноводов последствия кокцидиоза имеют важное экономическое и экологическое значение, поскольку влияют на здоровье и продуктивность животных.
Основная проблема, связанная с благополучием, возникает из-за повреждения тканей кишечника, что вызывает боль, воспаление и нарушение пищеварительной функции. У животных, страдающих от этой проблемы, обычно развивается диарея, которая может привести к обезвоживанию, нарушению электролитного баланса и общей слабости. Это может значительно ухудшить их самочувствие, особенно у молодых животных, которые более подвержены быстрому ухудшению состояния.
Повреждение кишечного эпителия также приводит к нарушению всасывания и потере питательных веществ. В результате животные медленнее растут и теряют вес, даже если потребление корма остаётся прежним или увеличивается. Такие животные становятся более уязвимыми к вторичным инфекциям, и существует значительный риск смертности, особенно среди домашней птицы.
Кокцидиоз — это распространённое заболевание, которое встречается у всех видов домашнего скота, при этом в Великобритании кокцидиостатические препараты, которые добавляют в корма, играют особенно важную роль именно в птицеводстве.
Комитет отметил положительное влияние использования кокцидиостатов. Они позволяют предотвратить развитие клинического кокцидиоза, способствуют увеличению привесов и повышению эффективности кормов. Кроме того, кокцидиостаты косвенно снижают необходимость в антибиотиках для лечения за счёт сохранения целостности кишечника и предотвращения вторичных инфекций. В результате обеспечивается устойчивая эффективность производства и достигаются значительные экологические преимущества благодаря снижению затрат ресурсов и сокращению выбросов, связанных с более низкой конверсией корма.
Члены комиссии отметили, что отсутствие ионофорных кокцидиостатов может оказать значительное негативное воздействие на благополучие птиц и борьбу с УПП, обратив внимание на исследование, которое показало увеличение использования антибактериальных препаратов для лечения некротического энтерита у домашней птицы после запрета на применение авопарцина (Grave et al., 2004). Отсутствие ионофорных кокцидиостатов без адекватной альтернативы также повлияет на внутреннее производство и цепочки поставок, что приведет к снижению эффективности производства в Великобритании и, вероятно, усилит зависимость от импорта из юрисдикций, которые продолжают использовать кокцидиостаты.
Обычная замена ионофоров синтетическими кокцидиостатами сама по себе вряд ли обеспечит устойчивую стратегию борьбы, поскольку хорошо известно, что у Eimeria spp. при постоянном применении относительно быстро снижается чувствительность к синтетическим соединениям. По этой причине ионофоры, как правило, остаются в рамках программ контроля для поддержки ротации и снижения потери эффективности, связанной исключительно с использованием синтетических продуктов. В конечном счете, прекращение доступа к ионофорным кокцидиостатам увеличило бы экономические и экологические издержки птицеводства, но дальнейшее использование кокцидиостатов сопряжено с риском УПП.
Отсутствие кокцидиостатов может также увеличить потребность в терапевтических противомикробных препаратах для лечения вторичных инфекций, повышая избирательное давление на важные, с медицинской точки зрения, классы противомикробных препаратов и потенциально способствуя дальнейшему развитию или сохранению устойчивости к противомикробным препаратам. В связи с этим Комитет отметил необходимость учета баланса между потенциальными последствиями недостаточной борьбы с кокцидиозом и последствиями, связанными с устойчивостью к противомикробным препаратам.
Использование кокцидиостата регулируется действующим законодательством ЕС, в частности Регламентом (EC) № 1831/2003 о кормовых добавках (EC, 2003), а также требованиями к максимальному содержанию остатков, перекрестному загрязнению (EC, 2009) и гигиене кормов (EC, 2005). Надзор осуществляется VMD и Агентством по охране здоровья животных и растений (APHA) при поддержке таких программ эпиднадзора, как UK-VARSS и PATH-SAFE, которые отслеживают тенденции устойчивости к противомикробным препаратам и возможные пути воздействия на окружающую среду (UK-VARSS, 2024; PATH-SAFE, 2025). Агентство по пищевым стандартам (FSA) регулирует использование кокцидиостатов в качестве кормовых добавок, и заявители по закону обязаны сообщать регулирующему органу о любых инцидентах или побочных эффектах. VMD регулирует производство кокцидиостатов и кокцидиоцидных средств, которые разработаны и разрешены к применению в качестве ветеринарных лекарственных средств. Большинство кокцидиостатов, содержащихся в кормах, рассматриваются как кормовые добавки и, следовательно, контролируются FSA.
Ранее считалось, что, поскольку кокцидиостаты на основе полиэфирных ионофоров не используются в медицине, их потенциал для выявления устойчивости к противомикробным препаратам у патогенов, представляющих интерес для человека, был ограничен. Более свежие данные, касающиеся использования наразина для борьбы с кокцидиозом, включая данные о воздействии narAB на подвижные генетические элементы и наблюдения, касающиеся устойчивых к ванкомицину энтерококков, побудили к дальнейшему рассмотрению этого предположения.
Члены комиссии пришли к выводу, что совместное расположение в плазмидах генов устойчивости к ионофорам и генов, отвечающимх за устойчивость к таким противомикробным препаратам, как ванкомицин, тетрациклин и макролиды, является биологически вероятным механизмом, способствующим отбору и распространению множественной устойчивости к лекарствам. Даже несмотря на то, что ионофоры не используются в клинической медицине человека, присутствие генов устойчивости в мобильных генетических элементах может, при определенных условиях, способствовать их сохранению и распространению в популяциях энтерококков, как это было продемонстрировано в исследованиях Frederiksen и соавторов в 2024 и 2025 годах.
Хотя механизмы, способствующие этому процессу в системах животноводства Великобритании, еще не полностью изучены, имеющиеся данные указывают на то, что использование кокцидиостата может быть одним из факторов, способствующих распространению устойчивости к противомикробным препаратам.. Далее было отмечено, что хотя использование кокцидиостатиков потенциально может привести к возникновению или сохранению таких факторов, имеющиеся данные не позволяют с достаточной точностью оценить фактическую частоту, направленность и экологическое значение этих явлений.
Комитет изучил недавнюю литературу, связывающую специфические ионофоры с отбором детерминант устойчивости у клинически значимых энтерококков. Были найдены доказательства того, что наразин, салиномицин и мадурамицин могут влиять на механизм резистентности к narAB (Simm et al., 2020). Члены комиссии также сослались на долгосрочное исследование, проведенное в Норвегии, которое показало, что использование наразина у цыплят-бройлеров может быть фактором риска стойкого накопления энтерококков, устойчивых к ванкомицину (VRE) (Frederiksen et al., 2024).
В Великобритании действуют соглашения, основанные на законодательстве ЕС, которые регулируют выдачу разрешений на использование, оценку безопасности и мониторинг кокцидиостатиков. Эти разрешения учитывают безопасность для животных, защиту потребителей, воздействие на окружающую среду и потенциальный вклад в борьбу с УПП. Концепция использования кокцидиостатиков основана на том, что меры гигиены и животноводства сами по себе вряд ли смогут полностью предотвратить кокцидиоз в промышленных масштабах. Это и стало основанием для продолжения использования таких препаратов. Однако члены комиссии согласились, что необходимо найти более динамичный баланс между проблемами общественного здравоохранения, связанными с УПП, и поддержанием здорового животноводства.
Комитет отметил, что кокцидиоз является распространённой проблемой в животноводстве Великобритании, и кокцидиостатические препараты играют важную роль в поддержании заболеваемости на контролируемом уровне. Если бы доступность ионофорных кокцидиостатиков была ограничена, можно было бы ожидать увеличения числа клинических заболеваний и связанных с ними вторичных инфекций. Это, в свою очередь, могло бы привести к более широкому использованию терапевтических антибиотиков (как кокцидиоцидных препаратов, так и антибиотиков для лечения вторичных инфекций). В настоящее время разрешённые кокцидиостатические препараты не относятся к классам противомикробных средств, используемых в медицине человека, в отличие от некоторых ветеринарных противомикробных препаратов.
Вакцины против кокцидиоза являются неотъемлемой частью системы охраны здоровья домашней птицы в Великобритании, особенно для коммерческих производителей кур-несушек и бройлеров. Эти вакцины помогают создать иммунитет против основных видов эймерий, которые представляют угрозу для птицы. Вакцинация может обеспечить пожизненную защиту и снизить зависимость от кокцидиостатиков, которые добавляют в корма. Кроме того, она позволяет избежать проблем с остатками лекарств в яйцах и мясе. Однако у вакцин есть свои недостатки. Они стоят дороже традиционных кокцидиостатиков, обеспечивают специфический иммунитет против конкретного вида эймерий, требуют осторожного введения и зависят от контролируемого распространения вакцинных ооцист в окружающей среде (Price, 2012).Логистические трудности, связанные с разработкой и поставкой поливалентных живых вакцин, предъявляют высокие требования к производству и стабильной работе в полевых условиях.
Члены комиссии отметили, что согласованный с ЕС эпиднадзор за энтерококками у животных был прекращен в 2014 году и в настоящее время проводится только на добровольной основе. Следовательно, данные по УПП являются малочисленными и недостаточными для проведения анализа тенденций на уровне ЕС. В Великобритании в 2022 году энтерококки (E. faecalis и E. faecium) были включены в программу эпиднадзора за УПП среди убойных бройлеров и индеек в качестве индикаторных видов грамположительных бактерий на устойчивость. В 2024 году это действие было также распространено на Северную Ирландию в отношении изолятов E. faecium у цыплят-бройлеров. Это включает в себя тестирование на расширенной панели, включающей антибиотики, предназначенные только для человека (такие как ванкомицин), а также классы антибиотиков, используемых у животных (такие как тетрациклины, макролиды и аминогликозиды). Члены комиссии согласились с тем, что существующие данные эпиднадзора за УПП дают лишь ограниченное представление о вероятности того, что детерминанты резистентности, отобранные в условиях фермерского хозяйства, могут распространяться более широко или закрепляться в клинически значимых популяциях бактерий. Имеющиеся в Великобритании данные эпиднадзора указывают на очень низкую распространенность устойчивых к ванкомицину энтерококков среди домашнего скота и минимальные признаки их передачи в пищевую цепь (UK-VARSS, 2025, Агентство по пищевым стандартам и FERA, 2021). Однако члены комиссии обратили особое внимание как на использование методов с низкой чувствительностью, так и на появляющиеся данные, свидетельствующие о совместном отборе и персистенции устойчивых к ванкомицину энтерококков, связанных с использованием определенных полиэфирных ионофорных кокцидиостатиков, в частности наразина. В связи с этим Комитет рекомендует усилить эпиднадзор и улучшить взаимодействие между организациями и программами эпиднадзора, чтобы лучше понять потенциал этих механизмов для повышения устойчивости к противомикробным препаратам в условиях Великобритании.
Комитет отметил, что за политическими мерами в некоторых странах последовало сокращение частоты случаев УПП. Хотя причинно-следственную связь установить невозможно, за прекращением применения наразина и сопутствующим улучшением гигиены в Норвегии последовало резкое снижение распространенности устойчивых к ванкомицину энтерококков среди домашней птицы (Simm et al., 2019).
Эпидемиологический надзор в Великобритании показывает, что распространенность VRE среди домашней птицы относительно низкая, а у свиней в настоящее время не выявлено никаких признаков этого заболевания, в отличие от высоких показателей у людей с клиническими изолятами. Причины этого явления остаются неясными (APHA, 2023; UK-VARSS, 2023).Среди возможных объяснений можно выделить стратегию тестирования, используемую UK-VARSS. Она предполагает применение менее чувствительных методов с использованием неселективных сред, что может объяснить разницу в результатах между птицей и людьми. Однако, по мнению членов Комиссии, это не исключает возможности того, что изменения в моделях использования, методах управления или воздействии на окружающую среду могут повлиять на эту динамику с течением времени.
Комитет отметил, что, несмотря на обоснованность механических и экологических причин для беспокойства, а также необходимость усиления эпиднадзора, включая более тщательное тестирование с использованием селективных сред, непосредственное воздействие на здоровье человека УПП, связанного с кокцидиостатом, остается неясным в свете имеющихся данных из Великобритании. Комитет поддерживает продолжение мониторинга и призывает к более тесной координации между программами.
Комитет отметил отсутствие стандартизированного экологического надзора за УПП и обсудил экологический отбор в качестве потенциального пути, особенно в таких условиях, как участки, удобренные навозом с ферм, содержащим остатки кокцидиостата. Были отмечены потенциальные экотоксикологические последствия, включая воздействие на водную среду и пищевые сети, наряду с соображениями профессионального облучения работников ферм, что подчеркивает необходимость усиления эпиднадзора наряду с руководством на уровне ферм.
Комитет отметил, что функции FSA, VMD, DEFRA и APHA в значительной степени пересекаются. Он подчеркнул важность межведомственных внутренних консультаций для эффективного управления рисками, связанными с УПП, исходящими от этих продуктов. В то время как ACAF отвечает за оценку рисков, связанных с кормовыми добавками, и координацию работы в области безопасности пищевых продуктов, дополнительная информация требуется в отношении регулирования лекарственных средств, оценки экологических рисков, контроля за остатками и более широких последствий для здоровья. Эти аспекты находятся в сфере ответственности VMD и DEFRA в соответствии с их законодательными обязанностями.
Некоторые члены Комитета выразили обеспокоенность по поводу наразина, мадурамицина и салиномицина в связи с убедительными доказательствами совместного отбора по гену narAB, который придает устойчивость к этим ионофорам и, по-видимому, способствует совместному отбору устойчивых к ванкомицину энтерококков (VRE). Однако степень, в которой реализуется этот механизм, и то, как он облегчается при использовании этих кокцидиостатов, остается неопределенной.
Для обеспечения пропорционального управления рисками Комитет рекомендует усилить эпиднадзор за УПП, включив в него постоянный мониторинг профилей резистентности энтерококков у домашней птицы и на фермах, уделяя особое внимание мобильным генетическим элементам и маркерам совместного отбора, связанным с устойчивостью к ионофорам. Члены ACAF предложили изучить способы улучшения оценки использования кокцидиостатов в кормах, чтобы обеспечить более точный анализ.
ACAF рекомендует FSA взаимодействовать с VMD, DEFRA и APHA для определения потенциальной согласованности в области сбора данных и информирования о рисках, а также для изучения вариантов включения отбора проб окружающей среды на уровне фермерских хозяйств в текущие программы. Улучшенная координация между APHA, UK-VARSS и PATH-SAFE также имеет большое значение.
Учитывая потенциальные риски, Комитет решительно поддерживает разработку и использование альтернативных стратегий борьбы с кокцидиозом.
Комитет будет регулярно пересматривать свою позицию, учитывая обратную связь от партнёрских организаций и новые данные эпиднадзора, включая завершённый анализ безопасности для здоровья. Это позволит гарантировать, что его рекомендации остаются актуальными и соответствуют концепции "Единое здоровье".
Источник: Crown.
